«Разумное животное» — так, напоминает Гурудев, определяют человека. Разум тут засчитывается только включённым. Не занят делом — и разницы между человеком и животным нет, обоими правит инстинкт. Остаётся одно отличие: человек способен задать вопрос. Причём о самом большом предмете — о жизни, обо всём. Но горькая борьба за выживание не оставляет на это ни минуты; остановиться и заглянуть внутрь успевают немногие. А кто успел — упирается в то, что ответа нет. Гурудев называет это saṁśaya, сомнение, и говорит: это второй шаг разбора, vicāra, а вовсе не тупик. Сначала выбираешь предмет — потом честно признаёшь, что не понимаешь его.