Мы держимся за родное как за самое настоящее: мама, ребёнок, спутник жизни. Любить их правильно. Но Гурудев говорит: всё это тени. Наши связи с родителями, детьми, мужем и женой — отражения пракрити, природного мира; за ним стоит апракрита, мир сверхъестественный, где живёт оригинал. Тепло, которое мы ловим в земной любви, — лишь его отблеск. И путь ведёт дальше: душа может выйти за пределы даже почтительной, величественной любви к Богу — туда, где отношения с Ним становятся сокровенными и любящими. Гурудев зовёт это высшей ступенью: само переживание любви здесь полнее всего. Тогда родное не разочаровывает — в нём видишь весть об оригинале.